-2-
Те два других забыты уж толпою,
И только Он - проклятия мишень.
А люди впереди меня, за мною...
За что злословят Смертника теперь?
О, да, мой Бог, мне было непонятно,
Что там вся глубина Твоей любви
Ко мне стучалась в сердце громко, внятно.
Но НЕ сказала я: "Прости, благослови."
Толпой кричащей я была увлечена,
Злословила Тебя со всеми вместе.
И, обезумев, я была подчинена
Порыву низкому, чтобы Тебя бесчестить.
О, как мне больно это вспоминать...
Была я соучастницей распятья
Того, Кто жизнь и за меня пришёл отдать,
Того, Кого не думала понять я.
Я Господа распяла моего,
Погрязши в омуте греха развратном.
Но Он не оскорбился оттого,
Коснувшись сердца Духом необъятным.
. . . . . . .
Теперь... я снова слышу стук...
То не палач вновь в руки гвозди забивает.
Но тихий стук всё тех же добрых рук
В дверь сердца моего не замолкает.

Бог в сердце