Мужчине было лет под шестьдесят,
скрывала годы дама в блузе черной.
Но кто-то видел, как они сидят
обнявшись на скамейке санаторной.
И кто-то подсмотрел, как он цветы
ей преподнес с улыбкой виноватой.
И кто-то слышал, - он сказал ей «ты»,
под первою звездой голубоватой.
И кто-то проследил как в тишине,
забыв о дисциплине и отбое,
в запущенной аллее при луне
взволновано шептались эти двое.
А по утрам в лечебных корпусах
уже ползли по коридорам слухи:
мол седина белеет в волосах,
а бес в ребро! И шутки в том же духе.
Мол сильных чувств на свете не
* * * * * * * * * * * * * * * * * найдешь,
и не бывает верности до гроба.
Зачем же осуждают молодежь,
когда теряют совесть эти оба…
Но как бы покраснели болтуны,
Узнав, что сорок лет они женаты,
Детей имеют, внуками богаты –
И до сих пор друг в друга влюблены!