Мигранты из мусульманских стран — люди родовой бытовой культуры. Если бы наша культура предложила им что-то лучшее, если бы они увидели, что мы еще трудолюбивее, чем они, что у нас еще больше любви, уважения к старшим, — это было бы проповедью христианства. Но сегодня разве что какой-нибудь интеллектуал освоит виртуальную православную культуру. Виртуальную потому, что в реальности у нас одно варварство: чиновники варварски относятся к стране и народу, горожане — к городу, жильцы домов — к собственному подъезду. Отношения между родителями и детьми чудовищные: мамаши орут, дети по-хамски огрызаются. Даже не надейтесь, что мигранты из мусульманских стран примут Православие. Прямая проповедь их не трогает, а подать пример мы не можем. Они нравственно здоровее нас, жизнеспособнее, трудолюбивее, честнее. У них крепкие семьи, они работают на совесть. А мы вымираем — но не мигранты тому виной, а мы сами: наши алкоголизм, наркомания, попрание семейных ценностей (из трех браков два кончаются разводом, из трех беременностей две — абортом), тотальное воровство и коррупция на всех уровнях. Что мы можем предложить мигрантам?