Юридическая модель объяснения спасения – эточасть и собственно православнойбогословской традиции. Мы спасены, а не спаслись. Человек же может вполне знатьлишь то, что он изготовил сам. Это значит, что наше спасение навсегда останетсядля нас таинством: здесь больше действует Бог, нежели человек, а потому тайнаостанется тайною, не превращаясь в задачу или проблему. И, следовательно,разговор о таинстве нашего спасения может вестись лишь на притчевом языке.Притчи же не противоречат друг другу. Они скорее находятся в отношенияхвзаимного дополнения. Апостол Павел предпочитал юридическую притчу. Православнаялитургика предпочитает язык органики.