Но разделение нужно провести не только в свидетельствах о тех или иных событиях в жизни Императора, но и в самой его жизни. Некоторые поступки или черты Императора и Императрицы будут странно смотреться в Житии. Замалчивать их не стоит. Чтобы потом не возникло спекулятивных построений по этим поводам - нужно при канонизации сказать: такие-то факты, к сожалению, действительно были, но, хоть и были они в жизни Святого, сами они не были проявлением святости, и их нужно признать или нравственно индифферентными, или же прямо греховными и недостойными для подражания. Сама Церковь должна внятно разделить в жизни Государя – что она считает каноничным в жизни Царя, а что – нет.
И это разделение должно быть проведено не только при рассмотрении царствования Николая Александровича. Самое сложное, на мой взгляд – это его отречение.
В церковной среде бытует мнение (мне представляется – апокрифическое) о том, что Николаю Александровичу был предсказан мученический венец (монахом Авелем, преп. Серафимом Саровским, св. Иоанном Кронштадтским). Царь знал об этом пророчестве, внутренне был готов к его исполнению – и потому отрекся от престола без сопротивления, дабы не противиться воле Божией, возвещенной через святых. Я убежден, что этот миф должен быть решительно отвергнут тем Собором, который будет прославлять Государя. Иначе последний период жизни Николая Александровича будет вызывать серьезное смущение. Если большую часть своей жизни Император знал о своем мученическом кресте, значит, он понимал – какой путь раскрылся перед ним в феврале 1917 года. Он мог не знать даты кончины, мог не знать, сколько дней осталось ему жить – но с первого же дня после низведения с Престола он должен был поставить себя под знак якобы возвещенной ему скорой кончины.
Значит, обычные христиане, не-императоры, могут всматриваться в последние полтора года жизни Николая Александровича, ища в его последних днях наставления о том, как им самим следует готовиться к своему смертному часу. И вот тут-то окажется, что, если подражать всему тому, что делал отрекшийся Царь в преддверии расстрела, то могут возникнуть серьезные фоновые шумы в душе человека, который готовится к кончине своего земного живота, а в качестве образца для подражания избрал жизнь Царской Семьи в заточении. Нет, если Царь не знал, о том, что он будет расстрелян, – то его жизнь была вполне благочестива. Но если принять на веру миф о том, что ему была открыта его судьба – то в его поведении во дни заключения никак нельзя видеть образец для подражания.

живу как положено а положено на все!!!!!