В-третьих, само действие изложения кальвинистской сотериологии в виде пяти различных пунктов (число исходит, как мы увидели, просто от того факта что из пяти пунктов состояла арминианинская ремонстрация, на которую Дортский Синод должен был дать ответ) – склонен затемнить единый, целый характер кальвинистского мышления на эту тему. Ибо все пять пунктов, хотя они отдельно выражаются, в действительности нераздельны. Они стоят вместе; невозможно отвергать один из них без отвержения всех, по крайне мере в том значении, которое вкладывал в них Синод. Ибо на самом деле кальвинизм утверждает только один пункт в области сотериологии: тот пункт, что Бог спасает грешников. Бог – триединый Иегова, Отец, Сын и Дух Святой; три личности совместно действуя по суверенной мудрости, силе, и любви ради осуществления спасения избранного народа: Отец избирающий, Сын выполняющий волю Отца посредством искупления, и Дух исполняющий желание Отца и Сына посредством возрождения. Спасает – делает все, от начала до конца, что включено в принесении человека от смерти в грехе до жизни во славе: планирует, осуществляет и благовествует искупление, призывает и хранит, оправдывает, освящает, прославляет. Грешники – люди, какими Бог их находит, виновные, мерзкие, безпомощные, бессильные, слепые, неспособные даже шевельнуть пальцем для того, чтобы исполнить Божью волю или улучшить свое духовное положение. Бог спасает грешников – и силу этого исповедания нельзя ослабить подрыванием единства действия Троицы, или разделением достижения спасения между Богом и человеком, и приписыванием решительной части спасения человеку, или же смягченением неспособности грешника для того, чтобы позволить ему разделить славу за его спасение со своим Спасителем. Вот тот единый пункт кальвинистской сотериологии, который утерждается всеми "пятью пунктами", и который арминианство во всех его видах хочет отвергнуть, а именно: что грешники не спасают самих себя ни в каком смысле, а наоборот, что спасение – от начало до конца, в целом и вполне, в прошлом, в настоящом и в будущем – спасение у Господа, Кому всю славу во веки, аминь!