Неговорим о примерах политиков, общественных деятелей: они касаются, конечно, и вбольшой степени и нас, духовенства, не всегда стоящего на духовной высотеПравославия, несмотря на ясное сознание истинности своей Церкви. А монастыри…сколько было глубокого неправославия, мирского, тленного духа подчас подсмиренной одеждой монаха. И все «легковесное», гнилое всплывало на поверхностьцерковной жизни и более бросалось в глаза, чем истинно смиренный, самоотреченныйтруд множества пастырей и иноков подлинного Православия, жизнью своею шедших заХристом и умиравших во Христе. Революция показала, обнажила слабый слойправославного русского священства, но она же подчеркнула мученическоеисповедничество православной жизни у большинства священников. Кто-то сказал,что наличие сектантства показывает религиозность народа. Можно сказать и так:наличие сектантства показывает православность народа, его горение духа, егостремление к идеалу, его жажду не внешней религии, но внутренней, жажду своегосердечного завета с Богом. И это по существу есть Православие. В наличиисектантства православный, а тем более священник, всегда более виноват, чемсектанты. Думать так — не является ли думать по-православному, беря на себявину и ответственность за отделившихся братьев. Иначе не будет Христовой правды— если не взять на себя вину. Человеческую правду сложно осуществить впризнании виновными сектантов, но Христова правда иная, «безумная» для мира,мудрая лишь — для Бога.

Что БОГ даёт,то всё-ХОРОШО!