Всякий праздник по своей сути и предназначению призван нести людям духовный, положительный заряд, а также приносить и материальные выгоды хотя бы бедным слоям общества. Празднование же нового года приносит людям многочисленные психологические травмы благодаря повальному употреблению спиртных напитков, естественным продолжением чего становится огромное число заболеваний, несчастных случаев и летальных исходов. Неужели ради того, как говорил Герцен, чтобы оглушиться, забыться, получить искусственное веселье, и «...это оглушение и раздражение тем больше нравится, чем меньше человек развит и чем больше сведен на узкую, пустую жизнь...» А не слишком ли дорогая цена за искусственное веселье?

Как бы грустно ни было, хотим мы этого или не хотим, но прошли тысячелетия, а мы все также бессмысленно празднуем день рождения языческого богочеловека Митры, прививаем нашим детям никчемно-горячую любовь к полумифическому Николаю чудотворцу (Санта-Клаусу), к которому они обращают свои заветные мечты, желания и просьбы, учиняем массовые вакханалии в честь бога вина Вакха, устраиваем вокруг елок ритуально-обрядовые пляски и магические шествия, превращая для этого в пустыни огромные площади лесных массивов, то ли слепо следуя указу царя-батюшки, то ли отвечая инстинктивным позывам — защититься с помощью их «колючих способностей» от демонов и порчи. И если бы увидел пророк Иисус (мир ему), новогоднюю вакханалию, учиняемую людьми якобы в честь его рождения, то ужаснулся бы...
«...Пока средь них я пребывал, я был свидетелем о них. Когда же Ты призвал меня к Себе, Ты стал над ними Наблюдатель, — Ведь Ты — свидетель обо всем, что суще!..» (Сура «Трапеза», аят 117).

По большему счету, празднование нового года, которое как всегда превращается по словам Аристотеля в «добровольное сумасшествие», а другими словами — в массовое опьянение и запои, сильно напоминает вакханалию — празднование в честь фракийско-фригийского бога вина — Вакха, которое обычно выливалось в различные излишества, оргии и постыдные действия. Интересно, что в 186 году до н.э. римский сенат был вынужден даже запретить вакханалии, следствием которых становились бесчинства и разврат. Сенат привлек к суду до семи тысяч участников этих религиозных оргий, и более половины поплатились жизнью.

Поэтому сосна считалась священным деревом. Так что царское указание «учинить некоторые украшения от древ и ветвей сосновых» — с воздуха не взято, не на пьяную голову написано, а основывается на древних языческих культах. Кстати, потом Аттис все таки был воскрешен любившей его богиней. И все это — стало мифологической основой ритуала смерти и воскрешения Аттиса, совершая который жрецы при огромном скопление народа восклицали: «Аттис воскрес!» Культ этих божеств практически всегда был оргиастическим, включающий в себя храмовую проституцию и ужасное самооскопление жрецов. Возвращаясь к Снегурочке, и учитывая, что среди многочисленных славянских божков было и женское божество Мокошь, можно быть полно уверенным в том, что партнерша Деда Мороза — одна из бывших богинь плодородия или земледельческого культа, воскрешающая зимой и умирающая весной, тая под лучами солнца.

Откуда же взялась Снегурочка? Надо отметить, что часто у богов плодородия в языческом культе обязательно присутствовала мифологическая партнерша или супруг — богиня плодородия (как, например, в Вавилонии и Египте). А у древних хеттов богиня плодородия известна как Великая матерь, партнером которой являлся Аттис. Интересно, что согласно мифу юный и прекрасный Аттис оскопил себя, чтобы избежать любовных преследований богини-матери и умер под сосной.

Санта-Клаус, он же дед-мороз, принявший облик святого Николая чудотворца, (который якобы любил делать сюрпризы в канун нового года) скорее всего тоже в прошлом был одним из богов, приносивших удачу и обилие в канун нового года или земледельческого цикла. К примеру, в древнем Риме почитался семейно-родовой покровитель — бог Клаус, который мог превратиться в объект общегосударственного культа, что нередко случалось в Римском государстве. А впоследствии превратиться в Святого-Клауса, а далее по цепочке — в Святого Николая. К примеру, Перун, славянское божество грозы, принял имя Ильи Пророка, а бог скота Велес — стал святым Власием. Так что сегодняшний белобородый святоша Клаус, благородно разгуливающий с подарками для детишек (правда не бесплатно), вполне мог быть в древности языческим богом, к которому взывали люди, прося удачу и принося на алтарь жертвы.

Новогодний маскарад — происходит именно от праздников в честь земледельческого цикла, отмечаемого в Европе, который сопровождался плясками, шествиями и уличным маскарадом. Покровители земледелия встречались, естественно, и у славян. Колядки — песни исполняемые на новый год, происходят от имени Спаса Коляды, славянского мифологического существа. В свое время колядки — были гимны в его честь. А хвойные ветви, согласно языческим поверьям многих народов, должны были отгонять своими колючими и острыми иглами злых духов и демонов, которые могли испортить праздник и навести порчу. Интересно, что мордвины, отмечая праздник, вешали на дерево корзинки с едой для богов, что невольно ассоциируется с украшением елок в канун нового года.

Праздники нового года, всегда неразрывно связанны с аграрным языческим культом — поклонению богам плодородия и обилия. Например, население Египта в январе ежегодно праздновало смерть и воскресение бога плодородия Осириса, который представлял собой один из вариантов древнего земледельческого культа умирающего и воскресающего духа растительности. Язычники всегда отмечали наступление нового года пышными пиршествами, так называемыми обрядовыми кушаньями: пироги, блины, вареные яйца, надеванием чистых одежд. Из заготовленных кушаний приносили жертву богам или земле. С этим и связаны современные приготовления к новому году, когда человек готов потратить последние деньги и остаться без гроша, но лишь бы справить новый год. Главное не разгневать богов (сегодня — людей). Практически всегда аграрные культы сопровождались обрядовыми плясками и танцами, которые составляли часть церемоний при празднествах нового года. Нередко в ритуальных танцах преобладали пляски в масках.

Петр I установил не только начало года с 1 января, он еще повелел жителям Москвы украшать в новогоднюю ночь дома сосновыми ветвями и деревьями: «...А в знак того доброго начинания и нового столетного века в царствующем граде Москве... учинить некоторые украшения от древ и ветвей сосновых, елевых и можжевеловых...» Указ царя повелевал также поздравлять друг друга, разжигать в новогоднюю ночь костры («огненные потехи») и «учинить стрельбу».
Думается, если бы царь-батюшка воскрес, то был бы поражен тем, как ревностно исполняется его указ на протяжении уже 300 лет, особенно в отношении «учинения стрельбы» и уничтожения хвойных деревьев. И все же царь в своем указе не был оригинален и не стал изобретать велосипед. Как бы банально не звучало, но все новое — это давно забытое старое.

Итак, новый год, который мы так часто именуем рождеством Христовым, согласно объективным историческим сведениям, никакого отношения ни к самому Пророку Иисусу (мир ему), и ни и к его рождению не имеет. Новый год, который мы так весело празднуем, имеет чисто языческие корни. Смысл празднования нового года у всех народов был абсолютно одинаков: путем магических действий, человеческих и животных жертвоприношений умилостивить богов, и тем самым обеспечить благополучие и счастье для всей семьи в наступающем году.